Виктор Кривко: медальный «полосатый» сезон
Кривко.jpg

Несколько лет назад на одной из осенних контрольных тренировок в Раубичах юноша из Новополоцка столь резво обходил друзей-товарищей из мужской биатлонной сборной, что впору от него было ждать зимних взрослых побед. Но первые успехи пришли к юниору Виктору КРИВКО через несколько лет, а точнее, в завершившемся сезоне. Именно тогда 20-летний биатлонист дважды поднимался на высшую ступеньку пьедестала юниорского чемпионата Европы. Однако однозначного ответа на вопрос об успешности минувшего года Виктор так и не дал.

— С одной стороны, да, у меня появились первые золотые медали, — объяснил ситуацию Кривко, — но с другой — получился хороший старт, как впрочем, и финиш на Европейском юношеском фестивале. Тогда я взял «бронзу» в спринте, годом позже мог привезти ещё одну награду, но на юниорском чемпионате мира один из тренеров нарушил тишину на стрельбище во время гонки преследования, и меня дисквалифицировали.

— А в чём видится неоднозначность ушедшего сезона?

— Он получился волнообразным, с чередованием взлётов и падений. У меня не наблюдалось особой стабильности: за удачной гонкой следовала провальная. Эдакий чёрно-белый сезон. Ближе к мужскому чемпионату Европы, в Тюмени, мы удачно убрали несколько элементов из тренировочного процесса вместе с Сергеем Анатольевичем Некрасовым, а, кстати, на юниорском чемпионате, как и перед началом сезона, работали с Владимиром Борисовичем Королькевичем.

— Но ведь на Кубке ИБУ во взрослой компании выдавались вполне зачётные гонки…

— Соглашусь, и к ним я бы отнёс спринт в Риднау, в котором занял восьмое место. Да и вообще удачным можно назвать выступление на взрослом чемпионате Европы в Тюмени. Там я занял 10-е место в спринте, 11-е — в преследовании, 15-е — в масстарте. Однозначно, ехал в Тюмень не первым номером, поскольку в нашем составе собрались и Юра Лядов, и Александр Дорожко, и Сергей Бочарников, и Дима Будилович. Поэтому в спринте был заявлен в самую критичную, последнюю группу, в которой бежали третьи-четвёрные номера сборных. Но проявил характер, волю, собрал силы в кулак. Гонка начинается задолго до старта в голове, и важно не перегореть, чтобы не выйти на старт пустым. Иное дело, что не всегда своё состояние можно контролировать, и подчас перед выходом на дистанцию одолевают эмоции, мандраж.

— Говорят, каждый сам себе советчик и лекарь…

— Да, и я постарался запомнить те полезные ощущения, которые предшествовали удачным стартам в Тюмени. И старался перенести их на гонки юниорского чемпионата Европы в Словении. Ещё замечу, что когда приезжаешь после соревнований более высокого уровня на менее значимые, это успокаивает. Плюс в Поклюке я себе твёрдо сказал, что на этих стартах в первую очередь получаю удовольствие. Но для того, чтобы потом было приятно посмотреть в финишный протокол, нужно полностью выложиться в гонках.

— Получить золотую медаль в индивидуальной гонке в Поклюке помогла хорошая стрельба. Лишь один промах на четырёх рубежах, что с Кривко случается не так часто…

— Замечу, что я довольно быстро стрелял, в среднем на каждом рубеже на пять мишеней тратил по 25 — 26 секунд. Ещё на тренировках приметил, что если долго выцеливаю, стараюсь попасть, то мои пули рассеиваются. А если стреляю в быстром темпе — в том, в котором нарабатывал на тренировке, то группа получается кучной, а стрельба — уверенной. Всё это переложил на старт и в индивидуальной гонке и не боялся нажимать на спуск, работал в одинаковом ритме, доверяя ощущениям.

— После столь значимой удачи, первого крупного успеха, сразу нахлынули эмоции?

— Поначалу и не осознал, что сделал. Вроде понимал, что выиграл, что взял «золото», но прилив радости, приятных чувств возник только после заминки. Я стал чемпионом Европы! Красиво звучит! Поздравляли многие, но я оградился от всех сообщений в Интернете, на время удалив свою страничку. Мне не хотелось тешить собственное эго, достаточно было чувства победы, а чрезмерная самоуверенность навредила бы.

— Через день прошёл спринт, который принёс ещё одно «золото».

— Он дался труднее, поскольку я настрелял два штрафных круга, что не так часто приносит успех в спринте. Занять первое место позволил быстрый ход. На финишном круге меня гнали тренеры, крича вслед, что два немца сзади бегут с нулями и могут накрыть. Я выложился на все сто, приехал на финиш и упал. В глазах потемнело, долго не мог подняться, а когда встал, мог стоять, лишь опираясь на рекламный щит. Всё двоилось в глазах: судьи, организаторы. Кто-то снимал чип, кто-то щёлкал затвором винтовки, кто-то предлагал помощь.

— Время прошло, последовал анализ двух промахов в спринте, их объяснение…

— Это были два последних выстрела — один на «лёжке», второй — на «стойке». Причём промах на заключительной стрельбе — не первый. Лёжа стреляю более раскованно, и если зарабатываю ноль, то так же действую и на «стойке». Если не получается чисто пройти первый рубеж, то стоя стараюсь действовать более аккуратно. Но передержка, аритмия, как правило, ведут к промахам. Однако случается ещё один вариант: если закрыл подряд четыре мишени, то поневоле начинаешь думать, что и пятый выстрел пройдёт удачно. Вот тут-то и подстерегает ошибка.

— В следующем старте — гонке преследования — не удалось выдержать обилия штрафных кругов.

— Так неудачно получилось, что первый стрелковый рубеж, на котором четырежды промахнулся, похоронил всю гонку. Пристрелка проходила в абсолютный штиль. Когда началась гонка и я подбегал к первому рубежу, Владимир Борисович предупредил, мол, изменился ветер, делай поправку. Я последовал совету, но всё равно стал промахиваться. Подумав, что надо добавить, щелкнул ещё раз, но, как и раньше, в мишень не попал. Началась паника, последняя шальная пуля кое-как залетела в цель. Уже на дистанции перед второй «лёжкой» мне показали планшет со стрельбой, и оказалось, что все выстрелы ушли вниз. Поразмыслив после гонки, проанализировав свои действия, понял ошибку. По ним выходило, что я правильно делал поправки на ветер, а виновата, скорее всего, антабка — приспособление для крепления и передвижения ремня. На пристрелке она держалась более туго, а во время разминки из-за резких движений руками ослабла. Поэтому пули и ушли вниз.

— Выводы были сделаны уже по ходу: следующая «лёжка» вышла на ноль, две «стойки» оказались похуже — 2+1…

— Ветер утих, я сделал несколько щелчков назад, и вторая стрельба удалась. Причём стрелял быстро, но упражнение стоя у меня идёт не так уверенно, как лёжа. Правда, здесь я решил перестраховаться, памятуя катастрофические промахи на первом рубеже. К тому же я, как у нас говорят, гнался, хотел наверстать упущенное, поэтому стрелял не столь аккуратно, больше на рефлексах.

Со стойки уходил 13-м, следом за сыном Гросса, и вскоре его обошёл. Когда перевалил через бугорок, открылись новые горизонты, а за ними замаячил француз, которого позже достал. Дальше увидел словенца — он казался недосягаемым, но обошёл и его, а перед самым финишем — ещё одного немца и финишировал восьмым.

— Почему сезон кажется не столь ярким, ведь в кои веки завоёваны две золотые медали?

— Дело в том, что подготовительный период прошёл не так, как хотелось бы. Он, попросту говоря, дался тяжело. У меня перед глазами стоял урок 2014 года, когда, судя по всему, я перебрал с нагрузками. Поэтому хотел более спокойно вести предсезонную подготовку, не форсировать события и, скажем, в июне на контрольных не бежать быстрее остальных, старался себя сдерживать. Некоторые тренеры, не зная о моём неважном самочувствии, думали, что я уклоняюсь от нагрузок.

— Тем не менее на вкатке зимой самочувствие было хорошим…

— Да, я надеялся, что начну сезон на высокой ноте, и на контрольных стартах в Вуокатти и Контиолахти даже отобрался на этапы основного Кубка мира. Но тренеры правильно сделали, что отправили меня, юниора, на старты Кубка ИБУ. Начались первые гонки, и не совсем всё складывалось так, как хотелось бы. Дальше дела пошли, как уже говорил, волнообразно: относительно хорошая гонка следовала за неудачной.

— Похоже, дело, прежде всего, было в ошибках на стрельбище?

— Не только. По крайней мере, случалось, что мог выложиться на финише, прибежать, упасть. Подчас же после окончания гонки оставались силы даже на то, чтобы сразу, без передыху, снять лыжи. Иногда на старте чувствуешь себя как кениец — легко и свободно, но начинаешь бежать — и наваливается такая усталость, что едва передвигаешь ноги...

— В будущем сезоне все гонки пройдут только во взрослой компании?

— В принципе, я уже два года бегаю со старшими по возрасту. Думаю, что если меня отправят на этапы Кубка ИБУ, то возникнет больше шансов. Но тут уж как решат тренеры и как пойдёт дело у меня.
Михаил Дубицкий/ Спортивная панорама